Подозрения  - Гвенда Бонд

– А теперь, – произнес он, когда все уже вышли, но Восемь продолжала молчать, – скажи, где ты все-таки была. Мне известно, что ты не ходила навестить мисс Айвз, потому что я сидел у нее в комнате, когда включилось оповещение.

– Я пряталась, – ответила Восемь.

– Где?

Ее круглые карие глаза казались воплощенной невинностью. И когда она пожала плечами, жест выглядел отрепетированным.

– Неподалеку. Я хотела увидеться с тобой. Думала, ты обрадуешься.

– Но ты знала, что я не обрадуюсь, если не смогу тебя найти.

Она продолжала пристально смотреть на него.

– Но ты даже не пытался.

Бреннер услышал за спиной короткий вздох изумления. Какой-то сотрудник или сотрудница, для ушей которых не предназначался этот разговор. Если он узнает, кто это был, то немедленно уволит.

– Конечно, пытался, – ответил он девочке. И неожиданно это сработало: она смягчилась. – Я знал, что ты вернешься. А хочешь, сходим поесть мороженого в кафетерии?

Там всегда имелись запасы этого лакомства для детей из лаборатории. Малышей подкупить проще всего. Их желания просты, а память коротка. Он накажет девочку потом, когда они будут вдали от чужих глаз. И сделает это так, что она запомнит.

Восемь помедлила, а потом спросила:

– Мы с тобой друзья?

Бреннер понятия не имел, что на это ответить. Обычно она таких вопросов не задавала. Тогда он задумался, что же она подразумевает, и ответил соответственно:

– Я работаю над этим. У тебя будет друг. Обещаю. Скоро.

Восемь продолжала смотреть на него, и этот взгляд ему не нравился.

– Но сначала, – сказал ей доктор Бреннер, – ты съешь мороженое.

– Да, папа.

Но по взгляду девочки уже было заметно, что ее клонит в сон. Похоже, она не дойдет до кафетерия. В будущем нужно стараться навещать Восемь ежедневно, даже в те дни, когда он не работает над ее способностями.

Организацией ее наказания доктор Бреннер решил заняться лично, а после этого можно будет разрешить ей приходить к нему в кабинет. Жаль, что он не сохранил те рисунки. Когда будут новые, он непременно их оставит, и в дальнейшем будет держать Восемь при себе настолько близко, насколько ему требуется.

7.

Прошло три недели, февраль почти закончился. Напрасно Терри ждала Кали в темной пустоте – девочка не появлялась. Так прошло несколько сеансов в лаборатории. За это время персонал ни разу ни на что не отвлекался, только в тот раз, в день последней встречи с Кали, когда Бреннер вышел. Терри жалела, что не пробралась тогда к нему в кабинет. Сейчас они могли бы планировать дальнейшие шаги, имея на руках доказательства. Но пока что у них было только идеально чистое небо и не по времени теплая погода. Все четверо собрались в субботу, поддавшись уговорам Элис заняться чем-то «веселым».

Терри глазела на новую машину – гладкую, с низкой посадкой, вызывающе красного цвета. Спереди золотой краской была нарисована птица с огромными крыльями.

– Это твоя? И как же мы все тут поместимся?

Элис закатила глаза.

– Да, принцесса. Мы поместимся.

Но потом она бросила извиняющийся взгляд на Кена и Глорию.

– Хотя у сидящих позади будет маловато места для ног.

– Эта поездка для Терри, – сказала Глория. – Пусть садится вперед.

– Вот только Терри не очень-то любит машины, – напомнила она всем.

В ответ на это Элис снова закатила глаза.

– «Файерберд» все любят. Ну, кроме коммунистов. Мы едем в «Кирпичницу»^[43]. Дядя разрешил там прокатиться и посмотреть тренировочные круги.

«Кирпичница», видимо, было местным названием автодрома, на котором проходила гонка «Инди 500»^[44]. Ехать туда всего час. Здорово.

Терри вспомнила, что ее отец каждый год смотрел эту гонку по телевизору.

«По-моему, ты уже ведешь себя как ходячий ужас и создаешь людям проблемы. Прекращай».

– Значит, это его машина? – спросил Кен.

Терри вспомнила один из первых разговоров с Элис.

– А я думала, что ты собиралась купить собственный «Файерберд». Сколько тебе еще не хватает?

– Я решила приберечь деньги на крайний случай, – ответила Элис.

Кен осторожно потрогал переднюю шину носком кеды. На нем были «Конверс Олстар» – когда-то белоснежные, а теперь основательно запачканные. Он не рискнул пнуть колесо и навлечь на себя гнев Элис.

– Ехать далеко, – заметил Кен. – Если бы я знал, покурил бы травки.

– Никто не будет курить марихуану в этой машине, – Элис решительно замотала головой. – Она практически новая. И даже не моя. Я ее одолжила. Теперь мне придется мыть ее каждую неделю на протяжении трех месяцев.

Глория приподняла брови.

– И наверняка ты сама вызвалась этим заниматься в обмен на возможность кататься на ней.

Элис задрала голову и взглянула на чудесное голубое небо с несколькими пушистыми облачками. Терри расценила это как утвердительный ответ.

Очень мило было со стороны Элис организовать такую субботнюю поездку. Впрочем, Терри могла бы и просто поспать. У нее уже появилась мысль, что снова увидеться с Кали не получается как раз потому, что в прошлый раз она приходила к Элис. Должно быть, Бреннер узнал об этом. Терри молилась, чтобы с девочкой все было в порядке.

И еще этот вчерашний телефонный звонок. Эндрю сообщил, что его уже отправляют. Попрощаться он приедет через два дня. Теперь даже меньше. Сорок часов – а потом она попрощается со своим любимым человеком и начнет молиться о его возвращении.

Терри чувствовала, как вокруг нее смыкаются стены. Но самое худшее – она была бессильна их остановить. Никогда раньше с ней такого не случалось. Терри Айвз всегда была бойцом. Это ее сущность. Такой ее хотел бы видеть папа. Мама тоже одобрила бы это, пусть и с неохотой. Только Бекки не понравилось бы происходящее, но Терри зашла уже слишком далеко, чтобы останавливаться.

– Так, убирай с лица это хмурое выражение, – велела Элис, пальцем указывая на Терри. – Меняй на противоположное и полезай в машину.

– Ладно, – согласилась Терри, указала жестом на свои глаза и закатила их, после чего изобразила на лице безумную улыбку.

Вчетвером они с трудом втиснулись в салон. Терри поерзала на узком переднем сиденье, тщетно пытаясь расположиться поудобнее. Кожаная обшивка заскрипела.